«Автономия у нас есть. А власти — нет» — Николай Дудогло.
Размышляя о причинах, по которым Гагаузия так и не стала сильным автономным регионом, Николай Дудогло отмечает: ключевая ошибка — отсутствие собственной политической партии с первых лет автономии.
Старт был мощный
«В 1994 году мы получили закон о правовом статусе. Это был блестящий политический компромисс. Его приняли, чтобы остановить кровь. Это был акт доверия — Кишинёва к Гагаузии, и наоборот. В том законе — всё: права, полномочия, гарантии», — вспоминает Дудогло.
Однако это доверие быстро растаяло.
Почему не получилось?
«Гагаузия не обзавелась своей партией. Мы играли по правилам чужих партий. А им было нужно не развитие автономии, а голоса. В итоге нас использовали. И забыли», — говорит он.
По словам политика, в парламенте принимались десятки законов, прямо касающихся автономии — но ни один из них не обсуждался с Гагаузией:
«Они дали закон, а потом делали всё, чтобы он не работал. Сегодня из него осталось, может быть, 20%».
Возвращение к истокам
«Нам не нужно просить больше. Нам нужно вернуть то, что было. Закон уже есть. Просто надо его выполнять», — подчёркивает Дудогло.
Полный выпуск программы смотрите ниже
