Гагаузия стремительно движется к институциональному тупику. Срок полномочий нынешнего созыва Народного собрания истекает 16 ноября 2025 года – дата новых выборов прямо прописана в Уложении автономии. Но за пару месяцев до этого дня выборы так и не назначены. Более того, не существует даже Центральной избирательной комиссии, которая могла бы эти выборы организовать. Депутаты разошлись во мнениях и загнали себя в угол: одни требуют срочно назначить голосование, другие придумывают оправдания, почему «сейчас не до выборов». В результате Гагаузия рискует встретить зиму вообще без легитимной власти – со старым местным парламентом с истекшим сроком полномочий и временным башканом, который месяцами сидит в кресле исполняющего обязанности.
Ситуация приобретает откровенно гротескный характер. Законы противоречат друг другу, политические игроки бросаются юридическими уловками, а решения ищут не в парламенте, а… в суде. Да-да, чтобы назначить дату выборов, депутату приходится судиться со своим же Народным собранием. Исполнительная власть парализована: избранная башкан под арестом, обязанности формально на «и.о.», но как долго автономия может прожить с главой на паузе? Тем временем, каша из нестыковок только густеет: у Гагаузии нет своего Апелляционного суда, который должен утвердить итоги голосования; собственный ЦИК распущен и игнорирует решения суда о восстановлении. Добавим сюда фантомных избирателей (формально голосующих больше, чем живущих), разрыв с донорами и внешними партнёрами – и получим практически полный паралич власти.
Как Гагаузия сама создала себе кризис, сможет ли она из него выбраться до того, как в игру вступит Кишинёв, и есть ли шанс на перезагрузку – разбираем по пунктам ниже.
Юридический тупик: нет ни ЦИКа, ни даты выборов
Начнём с основного: выборы депутатов Народного собрания до сих пор не назначены. Согласно закону, они должны пройти 16 ноября 2025 года, в первое воскресенье по истечении 4-летнего мандата нынешнего созыва. Однако, необходимого постановления Народного собрания нет – более того, вовремя сформировать новый состав ЦИКа тоже не получилось. Действующий состав Центризбиркома Гагаузии депутаты сами распустили, по инициативе председателя НСГ Дмитрия Константинова. Апелляционная палата признала тогда роспуск незаконным, но Народное собрание просто проигнорировало судебное решение и не восстановило комиссию. В итоге, на исходе лета автономия подошла к избирательной кампании без избиркома, который по закону обязан её проводить.
Неудивительно, что 90-дневный срок, отведённый на подготовку к выборам, был благополучно сорван. Только 15 августа вопрос о назначении даты выборов соизволили включить в повестку заседания НСГ – и тут же сняли, сославшись на «юридические моменты». Официальные причины переноса звучат комично:
— Во-первых, отсутствует ЦИК, значит, некому организовать процесс.
— Во-вторых, отсутствует Апелляционная палата Комрата, следовательно, некому будет утверждать результаты.
Ирония ситуации в том, что виновниками обоих проблем являются сами депутаты НСГ. Это они собственноручно разогнали свой ЦИК и не удосужились создать новый. А когда суд указал им на незаконность действий – просто махнули рукой. В результате сейчас некому даже напечатать бюллетени и составить списки избирателей, не говоря уже о полном проведении выборов. И это прямая, хоть и печальная, следственная связь парламентской бездеятельности – НСГ само создало ситуацию, в которой технически невозможно провести выборы.
Несогласованность законов: Апелляционный суд ищем в Кагуле
Вторая часть юридического тупика – отсутствие Апелляционной палаты Комрат, которая по законам автономии утверждает итоги выборов и мандаты местных законодателей. Депутаты внезапно «обнаружили» эту проблему лишь недавно, хотя судебную реформу в Молдове провели ещё полгода назад. В результате реформы Апелляционная палата Комрата ликвидирована как отдельный орган – её функции переданы палате Юг с офисом в Кагуле. То есть, формально теперь любые апелляции из Гагаузии рассматривает суд в Кагуле, расположенный за сотню километров от Комрата.
Гагаузские законодатели, конечно, возмутились: мол, «как же так, у нас нет своего апелляционного суда – значит выборы проводить нельзя». Но реакция эта, мягко говоря, запоздалая. Вопрос о том, кто будет утверждать результаты выборов, надо было решать заранее, как только на горизонте замаячила судебная реформа. У Народного собрания были все инструменты, чтобы своевременно устранить нестыковки – от права законодательной инициативы до возможности договариваться с парламентом страны. Вместо этого, депутаты ограничились формальными письмами президенту и в парламент – и благополучно пустили проблему на самотёк.
Теперь же отсутствие Апелляционной палаты выдают как уважительную причину не проводить голосование. Хотя, по сути, виноват опять-таки сам НСГ, недоработавший законы Гагаузии в соответствии с новой судебной картой. Налицо несогласованность регионального законодательства и национальной системы судов: автономия требует свой отдельный апелляционный орган, а по факту его нет. Что делать? Идеального решения сейчас нет вовсе. Изменить законы так, чтобы, скажем, признавать итоги выборов решением суда в Кагуле – требует времени и политической воли. Создать отдельную палату для Гагаузии – также вопрос не одного дня и явно не к текущему составу НСГ. Но откладывать выборы из-за этого – значит ещё глубже зарываться в кризис. Ведь проблема апелляции всплывёт в любом случае: либо она обесценит выборы 2025 года, либо парализует выборы в 2026-ом. К какому бы сроку их не перенесли, без согласования законов и судебной системы легитимность процесса будет под ударом.
Легитимность на часах: что будет после 16 ноября
Каждый день промедления приближает Гагаузию к черте, за которой начнётся полный правовой вакуум. Согласно законодательству, полномочия нынешнего созыва НСГ истекают в ноябрь 2025 года. Это не оценочное суждение, а юридический факт: с этой даты депутаты теряют законное право принимать законы. Если к тому моменту новый состав не будет избран, Гагаузия получит законодательный орган без права утверждения и принятия законов. Любое решение такого «просроченного» НСГ может быть немедленно опротестовано Госканцелярией в Кишинёве как не имеющее юридической силы. Представьте: регион останется с вывеской «Народное собрание», но без мандата от народа.
Конечно, в реальности депутаты не разбегутся по домам. Они, скорее всего, попытаются продолжать заседать и принимать постановления. Но такой «призрак парламента» легко рассеять законными средствами. Вопрос уже не в том, «вмешается ли центр во внутренние дела автономии», а в том, оставит ли ему Гагаузия другой выход. И каждый день неопределённости делает ответ всё более очевидным не в пользу Комрата.
Абсурд по-гагаузски: за датой выборов – в суд
Когда законодательная власть отказывается исполнять свои обязанности, наступает настоящий театр абсурда. Сегодня в Гагаузии сложилась ситуация, когда депутат вынужден идти в суд, чтобы заставить собственный парламент назначить дату выборов. 2 сентября депутат НСГ Александр Тарнавский и Михаил Железогло подали административный иск в суд Комрата с требованием обязать Народное собрание назначить выборы на 16 ноября 2025 года. Казалось бы, куда уже нелепее: законодательная ветвь власти не делает очевидного шага, и тогда за дело берётся ветвь судебная, которой предстоит… призвать депутатов соблюдать закон.
Этот прецедент многое говорит о глубине институционального кризиса. Вместо того чтобы внутри НСГ договориться о дате (или хотя бы вынести вопрос на голосование), дело доведено до разбирательства в зале суда. Причём, показательно, что это инициатива самих депутатов, обеспокоенных бездействием коллег. Ещё в январе 2025 года группа народных избранников внесла законопроект о назначении выборов на 16 ноября, обосновав его нормами Уложения. Но руководство Народного собрания блокировало рассмотрение документа – он «завис» в кулуарах более чем на полгода. Когда же в августе общественное давление вынудило включить вопрос в повестку, его тут же сняли и отложили до греческих календ – до «устранения» эфемерных юридических противоречий.
В итоге, оставшимся верным закону депутатам не осталось ничего, кроме как искать правду в суде. Показательно, что помимо иска Александр Тарнавский с коллегой Михаилом Железогло обратились и к исполняющему обязанности башкана: в открытом письме они указали, что в условиях бездействия НСГ обязанность назначить выборы ложится на главу автономии. Мол, раз депутаты саботируют, пусть указ о выборах издаст Исполком – тем более что закон (по их интерпретации) требует это сделать в десятидневный срок при подобных обстоятельствах. И.о. башкана Илья Узун, получив это обращение 22 августа, впрочем, тоже не спешит спасать ситуацию. Власти автономии как бы переглядываются друг с другом: одни говорят «не могу назначить, нет суда и ЦИКа», другие – «не моё дело, пусть НСГ решает». Замкнутый круг, достойный пьесы Ионеско, да и только.
Выборов не будет… до 2026 года?
Самое тревожное в текущем хаосе – ощущение, что часть гагаузских элит сознательно тянет время, чтобы вовсе отложить перевыборы как можно дальше. Ещё в прошлом году зазвучали голоса, что мандат депутатов, мол, можно считать 4-летним не с момента выборов (сентябрь 2021), а с момента избрания руководства НСГ, которое состоялось в феврале 2022. Отсюда делался вывод: пусть депутаты сидят до февраля 2026 года, а выборы перенесём на конец зимы или вовсе на весну-лето 2026-ого. Эта идея тогда вызвала бурю возмущения со стороны оппозиции и правоведов, ведь она прямо противоречит Уложению Гагаузии. Тем не менее, сегодня она, похоже, превратилась в негласный план части Народного собрания.
Факты говорят сами за себя: власть в Комрате делает всё, чтобы не провести выборы в срок. Один перенос за другим, высосанные из пальца юридические оправдания, блокирование инициатив – всё это укладывается в стратегию «любым способом протянуть до 2026-ого». Более того, на недавних заседаниях НСГ прямо раскололось на два лагеря: одни настаивают на 16 ноября, другие открыто предлагают тянуть до 2026 года. Пока перевес на стороне «противников спешки»: каждый раз, когда вопрос ставится на обсуждение, большинство голосов находится за то, чтобы ничего не решать. Так было 15 августа, так, вероятно, произойдёт и на следующих попытках. В конце концов, 16 ноября пройдёт – а там, глядишь, можно будет ссылаться, что раз срок уже пропущен, то и торопиться больше некуда.
Чем чревата такая отсрочка? Во-первых, тем самым полным правовым вакуумом, о котором говорилось выше. Автономия несколько месяцев (а то и больше) окажется без легитимных органов власти. Во-вторых, уголовными рисками для тех, кто этот вакуум организует: экспертное сообщество уже предупреждает, что попытки узурпации публичной власти (а самовольное продление своего мандата – это узурпация) могут стать предметом уголовных дел. Ирония в том, что вместо обещанного «расширения полномочий автономии» нынешняя гагаузская власть может доиграться до того, что попадёт под раздачу республиканских правоохранителей.
Наконец, реализация сценария «выборы в 2026» ударит по доверию граждан к самому институту выборов. Чем дольше депутатское кресло рассматривается как «пожизненная синекура», тем больше обычные жители разочаровываются в возможности сменяемости власти законным путём. Абсурдность и скандальность ситуации уже сейчас подрывают уважение к Народному собранию. А если оно действительно «задержится» в своих мандатах лишний год, – это станет опаснейшим прецедентом. Согласитесь, потом любую норму можно будет обходить, сославшись на примеры 2025-ого. Правовое государство не терпит подобных игр с конституционными сроками, и рано или поздно придётся отвечать за каждый такой шаг.
