Поляки возлагали на вступление в Европейский союз большие надежды. Помимо того, что Польша присоединялась к «европейской семье» и «снова становилась частью Запада», как гласили лозунги начала 2000-х, ожидания включали быстрый экономический рост, снижение безработицы, рост зарплат и повышение цивилизационного уровня страны — более ровные дороги, меньшую коррупцию, большую похожесть на Германию или Голландию.
Дополнительными бонусами должны были стать ликвидация пограничного контроля, упрощение трудовой миграции и приток иностранных инвестиций.
Однако, именно фермеры — традиционная и консервативная часть польского общества — встретили евроинтеграцию со скепсисом. И, как показывает опыт двадцати лет, именно они выиграли от членства в ЕС больше всех.
Двадцать лет спустя: экономика и общество
За два десятилетия можно подвести итоги. Польша действительно стала частью Европы, а её голос на европейской арене слышен — пусть и с разной силой, в зависимости от политической конъюнктуры.
Экономический рост не вызывает сомнений:
- с 2004 по 2024 год ВВП Польши вырос в четыре раза;
- ВВП по ППС увеличился с 47 % до 79 % от среднего по ЕС — Польша обогнала Грецию и приближается к Португалии;
- минимальная зарплата выросла с 824 до 4666 злотых брутто (с 168 до 1095 евро по курсу соответствующих лет);
- безработица снизилась с 19 % до 5 %;
- длина скоростных дорог увеличилась с 441 до 1850 километров;
- отремонтированы сотни мостов, вокзалов и дорог местного значения.
Разница настолько велика, что смотреть фильмы двадцатилетней давности странно — знакомые места выглядят совсем иначе.
Демография и миграция
За это время из Польши эмигрировало 2,5 млн человек — почти 7 % населения, в основном трудоспособного возраста.
Сначала это помогло снизить безработицу, но со временем возникло новое явление — трудовая миграция в Польшу.
Сегодня страну активно осваивают украинцы, белорусы, молдаване и грузины — то есть Польша из страны эмигрантов превратилась в страну иммигрантов.
Евроскепсис и общественное восприятие
Поддержка членства в ЕС остаётся высокой, хотя и снизилась по сравнению с рекордом 2022 года (92 % → 77 %). Интересно, что на референдуме 2003 года результат был тем же — 77 % «за», и лишь однажды (в 2013 году) этот показатель падал ниже.
Более позитивно к ЕС относятся образованные и городские жители, тогда как евроскепсис сильнее среди пожилых людей и молодёжи 18–24 лет.
Особого внимания заслуживает позиция фермеров — группы, которая на протяжении всех 20 лет остаётся более скептичной, чем средний поляк.
Если по стране уровень поддержки ЕС составляет 70–80 %, то среди фермеров — около 50–60 %.
И всё же именно они стали главными бенефициарами членства Польши в ЕС.
Фермеры и Евросоюз: от страхов к выгодам
Общая сельскохозяйственная политика ЕС (CAP) всегда занимала крупнейшую часть бюджета Союза — в 1980-х годах она составляла более половины всех расходов.
Перед вступлением Польши в ЕС звучали тревоги:
- иностранный капитал выкупит польскую землю;
- традиционная модель деревни исчезнет;
- Польша станет зависима от импорта продовольствия.
Но эти опасения не оправдались.
Как менялась польская деревня
Понятие «традиционной деревни» само по себе условно: сельское хозяйство, как и любая отрасль, не может стоять на месте.
Раньше, в 1930-х годах, две трети населения Польши жили в деревнях, занимаясь хозяйством ради выживания, а не прибыли.
С развитием индустриализации и урбанизации население села постепенно сокращалось, уступая место городской культуре.
Депопуляция деревни — процесс естественный. Один комбайн сегодня заменяет десятки работников, делая ручной труд экономически невыгодным.
В 2004 году в сельском хозяйстве было занято 18 % населения, сейчас — 8 % (для сравнения: в Италии 3,8 %, во Франции 2,5 %, в Германии 1,2 %).
В Молдове — около 27 %, что соответствует Польше 1990-х годов.
Земля и собственность
Опасения, что землю выкупят иностранцы, не подтвердились: 98 % сельхозземель остаются в польских руках, причём 91,3 % принадлежат индивидуальным фермерам.
Да, произошло укрупнение хозяйств, но это — результат естественной консолидации, а не внешнего давления.
📊 По данным сельхозпереписей:
- в 2002 году — 2,93 млн хозяйств на 19,3 млн гектаров;
- в 2020 году — 1,32 млн хозяйств на 18,4 млн гектаров.
Количество хозяйств сократилось почти вдвое, но площадь сократилась незначительно, что говорит о росте эффективности и производительности. Средний размер хозяйства вырос с 8,3 до 12,4 гектаров.
Продовольственная безопасность
Польша превратилась в чистого экспортёра продовольствия.
- В 2004 году экспорт составлял 5,2 млрд евро, импорт — 4,4 млрд евро.
- В 2024 году — экспорт 53 млрд евро, импорт — 35 млрд евро.
То есть экспорт вырос в десять раз, а страна покрывает свои продовольственные потребности на 150 %, обеспечивая устойчивую маржу для экспорта.
Уроки для Молдовы
Опыт Польши особенно важен для стран, стоящих на пороге евроинтеграции. Молдова имеет схожие культурные и исторические предпосылки, и можно ожидать, что её путь будет похож на польский.
Если бы Молдова вступила в ЕС, то, вероятно, количество фермеров сократилось бы, но продуктивность и доходность хозяйств выросли бы, а уровень жизни — повысился.
Сельское хозяйство стало бы более механизированным, специализированным и экспортно-ориентированным.
Наблюдая, как после 2004 года менялась польская деревня, я могу лишь пожелать молдаванам подобных перемен.
Автор
Милош Шиманьский — журналист, автор подкастов «За пределами. История и политика» и книг-репортажей, в том числе «Кто погасит свет? Истории из Молдовы».
Текст подготовлен в рамках проекта Piața europeană, реализованного совместно с Центром Мерошевского.
Перевод с польского: Валентина Чубарова
