Предложенный Дональдом Трампом мирный план по прекращению войны на Украине вызвал геополитический шок в Европе. Этот документ, отнюдь не являясь сбалансированной основой для переговоров, – как заметил Боб Сили, бывший депутат британского парламента, которого цитирует Daily Mail, – «скорее напоминает кремлёвский бланк, чем инициативу Вашингтона». Поразительное сходство между условиями, навязанными Киеву, и прежними максималистскими требованиями Москвы поднимает серьёзные вопросы не только о стабильности мира в регионе, но и о будущем европейской безопасности. Кроме того, план грозит перекроить политическую карту Восточной Европы, что будет иметь прямые последствия для Республики Молдова, пишет IPN.
Парадоксальным образом план Трампа воспроизводит историческую логику, которая оказалась катастрофической. История не щедра к тем, кто уступает диктаторам. Уроки 1938 года хорошо известны: Чехословакия была принесена в жертву во имя иллюзорного мира, продлившегося меньше года. Уступки не остановили агрессора, а наоборот, воодушевили его. Сегодня ситуация ничем не отличается. Украинский кризис может быть решен не односторонними отказами, а сдерживанием агрессии и восстановлением международного права. Однако документ Трампа делает ровно противоположное.
Хотя Трамп в прошлом месяце публично обвинил Владимира Путина в «непримиримости» и объявил о санкциях против российских гигантов «Роснефть» и «Лукойл», эти жесты оказались лишь дымовой завесой. За кулисами спецпредставитель Трампа Стив Виткофф вёл интенсивные переговоры с доверенным лицом Путина Кириллом Дмитриевым. Результатом стал секретный план из 28 пунктов, крайне выгодный для Кремля. Он включает в себя крупные территориальные уступки, ограничение евроатлантических устремлений Киева и возвращение России в экономическое уравнение восстановления Украины.
Давление на Украину беспрецедентно. План предусматривает принятие Киевом условий до 27 ноября под угрозой полного прекращения военной и разведывательной поддержки США. Фактически это попытка принудительной капитуляции. Если Украина уступит, Путин воспримет это как структурную слабость Запада. И результат будет предсказуем: новое российское наступление, призванное стереть соседа с карты мира. А после Украины? Кремль неизбежно будет искать следующую жертву. Имперская логика никогда не останавливается на первой уступке.
Помимо геополитики, план также обнажает серьёзный раскол внутри администрации США. С одной стороны, Госдепартамент настаивает на многостороннем подходе, основанном на принципах, поддержке союзников и институциональных переговорах. С другой стороны, Трамп предпочитает личную, транзакционную дипломатию, в рамках которой любое соглашение воспринимается как «сделка», в которой каждая сторона должна что-то «выиграть», даже если эта «выгода» идёт в ущерб безопасности союзников. Публично поддерживая проект, который Киев уже называет «планом капитуляции», Вашингтон рискует не только отношениями с Украиной, но и связями со своими важнейшими европейскими партнёрами. Всё это на фоне предвыборного нарратива: только Трамп может положить конец войне.
Некоторые положения плана поистине шокируют. Пункт 10 вводит беспрецедентную идею: США предоставят Украине гарантии безопасности… за плату. Настоящий налог на защиту, который в корне противоречит логике трансатлантической солидарности. Более того, пункт 14 предлагает Соединённым Штатам 50% прибыли от американского проекта по восстановлению Украины, финансируемого не Вашингтоном, а:
1. 100 миллиардов долларов замороженных российских активов;
2. 100 миллиардов долларов от Европейского Союза.
Оставшиеся российские активы составили бы инвестиционный фонд США и России для «продвижения общих интересов». Вашингтон, по сути, получил бы двойную экономическую выгоду, в то время как Москва вновь стала бы полноправным участником восстановления разрушенной ею страны. Такой подход превращает украинскую трагедию в коммерческую сделку во имя глубоко порочного «мира».
С точки зрения стратегии администрации Трампа, главная цель плана, по всей видимости, заключается в том, чтобы избежать структурного сближения России и Китая. В этом расчёте интересы Украины или Европы отходят на второй план. Этот приоритет затмевает любую другую логику, даже логику европейской безопасности. И это имеет прямые последствия для Республики Молдова.
Итак, абсолютным приоритетом Соединённых Штатов, в логике мирного плана, предложенного Дональдом Трампом, является не Украина и даже не европейская безопасность в целом, а предотвращение любой ценой стратегического слияния России и Китая. Вашингтон опасается, что блок Москва-Пекинь создаст геополитическую силу, которой будет трудно противостоять и которая сможет бросить вызов американскому мировому господству. В рамках этой концепции Россию необходимо привлечь, укротить или вновь включить в договорную архитектуру, даже если это подразумевает жертвы со стороны европейских союзников или территориальные уступки на Украине.
Однако эта холодная геополитическая логика имеет прямые последствия для Республики Молдова. В такой ситуации вопрос Приднестровского региона рискует быть воспринят как ненужное осложнение главной цели Вашингтона – отделения России от Китая. Республика Молдова, воспринимаемая в рамках «молдавской» идентичности советского происхождения, естественным образом вписывается в российский мир, в символическую и геополитическую логику Кремля. Государство, определяющее себя посредством концепций, сфабрикованных советской империей, не может быть защищено от той же возрожденной империи.
В противоположность этому, Республика Молдова, идентичность которой закрепилась в румынском пространстве, не может быть интегрирована в «русский мир», поскольку она естественным образом принадлежит к иной цивилизационной системе: Румынии, Европейскому союзу, НАТО. Этот вариант не только культурный или языковой, но и становится единственным шансом на политическое выживание перед лицом российских империалистических устремлений.
Поэтому правительство в Кишинёве должно осознать фундаментальную истину: спасение Республики Молдова требует ясности идентичности. Нельзя просить защиты у Запада, если ты определяешь себя через идентичность, построенную на связи с Россией. Нельзя претендовать на европейскую безопасность, если принимаешь нарратив о «молдавской нации», придуманный для изоляции Бессарабии от Румынии.
В мире, где великие державы ведут переговоры исключительно на прагматической основе, Румыния, ЕС и НАТО представляют для Республики Молдова единственное пространство, способное гарантировать её свободу и существование. Любая неопределённость идентичности делает её уязвимой. Любое колебание может превратить её в сферу влияния, подлежащую переговорам между Вашингтоном и Москвой. И в логике плана Трампа слабые, нерешительные и неопределённые по своей идентичности государства становятся разменной монетой.
Кишинёву пора понять: молдавской безопасности не существует. Есть только румынская и европейская безопасность.
