Юридический кризис в Гагаузии все меньше напоминает случайный сбой и все больше — устойчивое состояние системы. Истекшие мандаты, несостоявшиеся выборы, неработающий избирательный орган и фактическое лишение десятков тысяч людей права голоса — это уже не цепочка совпадений, а следствие управленческих решений, растянутых во времени.
В студии LAF.md эта тема прозвучала сразу в двух программах — Life to LAF и LAF Zone — где представители разных центров ответственности предложили принципиально разные объяснения происходящего.
«В этот коллапс Народное собрание загнало себя само»
Глава территориального бюро Государственной канцелярии в Комрате Сергей Чернев, выступая в эфире Life to LAF, говорил жестко и предельно конкретно. Его позиция звучала не как осторожный комментарий чиновника, а как разбор механизма, который шаг за шагом привел автономию к правовому тупику.
По словам Чернева, ответственность за вакуум лежит не за пределами региона и не в «центральных властях», а внутри самой системы управления Гагаузии.
«За то, что сегодня происходит, несет ответственность юридическое управление Народного собрания и господин Лейчу, который являлся прокурором 10 лет.. Именно они продвигали нормы, которые уже тогда противоречили Избирательному кодексу Республики Молдова. Народное собрание само себя загнало в этот правовой коллапс — и теперь делает вид, что выхода не существует»
«Год был. Его просто проигнорировали»
Особо жестко представитель Государственной канцелярии отверг попытки представить ситуацию как техническую ошибку или юридическую небрежность.
«Избирательный кодекс Республики Молдова вступил в силу с 1 января 2023 года.
У автономии был целый год, чтобы привести свое законодательство в соответствие.
Мы этого не сделали. Это не случайность. Это сознательное бездействие»
По его словам, именно это бездействие сегодня делает невозможным легитимное признание выборов: названия органов не совпадают с национальными реестрами, правопреемственность судебных инстанций не урегулирована, а суд, как подчеркивает Чернев, «работает не с эмоциями, а с буквой закона».
Один из самых острых моментов интервью — утверждение о сознательном политическом расчете. Чернев напомнил, что регламентные сроки между первым и вторым чтением были нарушены именно в предвыборный период, а итогом стало то, что порядка 130 тысяч жителей автономии оказались фактически лишены права голоса.
Позиция Народного Собрания: «это не халатность, а конфликт норм»
Иную интерпретацию происходящего в эфире LAF Zone представил Георгий Лейчу.- вице-спикер НСГ. Он категорически не согласен с тезисом о выходе автономии за рамки правового поля. ОН настаивает: речь идет не о саботаже, а о столкновении двух правовых логик, где любое «уступчивое» решение может подорвать сам принцип автономии.
«Мы руководствуемся Конституцией и Законом об особо-правовом статусе Гагаузии, принятым парламентом Республики Молдова. В Избирательном кодексе используется иное наименование — Центральный избирательный совет. Обращение в Конституционный суд означало бы заранее согласиться с признанием части закона о статусе неконституционной. Это уже вопрос не техники, а политико-правовых последствий»
Компромисс, который упирается в потолок закона
Вице-спикер признает, что внутри Народного Собрания обсуждались компромиссные механизмы для разблокирования ситуации.
«Как юрист, я понимаю необходимость диалога. Мной было предложено признать равнозначность понятий — Центральная избирательная комиссия и Центральный избирательный совет. Но мы не можем переименовать орган, не нарушив закон об особом -правовом статусе Гагаузии»
Две логики — один тупик
В результате в публичном пространстве столкнулись две версии одного кризиса.
С точки зрения Государственной канцелярии — это следствие сознательного игнорирования национального законодательства и политической тактики. С точки зрения Народного Собрания — системный конфликт между законом об автономии и республиканским правовым полем.
Общее между этими позициями одно: правовой вакуум признают обе стороны. Различие — в вопросе ответственности и в том, где проходит граница допустимого компромисса.
