Высший совет прокуроров (ВСП) выступил с критикой законодательных изменений, предусматривающих передачу части полномочий Антикоррупционной прокуратуры Национальному центру по борьбе с коррупцией (НЦБК). Председатель ВСП Думитру Обадэ предупредил 21 июня в программе «Cutia Neagră PLUS» на TV8, что реформа может усилить нагрузку на антикоррупционных прокуроров, которые и без того работают в условиях кадрового дефицита.
Обадэ пояснил, что, хотя НЦБК получит право расследовать новую категорию преступлений, руководство уголовным преследованием по этим делам по-прежнему останется за прокурорами Антикоррупционной прокуратуры.
Перераспределение полномочий без реальных мер укрепления институтов
По словам главы ВСП, проблема заключается не только в перераспределении компетенций между Антикоррупционной прокуратурой и НЦБК, но и в отсутствии мер по укреплению институтов, отвечающих за борьбу с коррупцией.
«В целом наше заключение отрицательное. Инициатива по пересмотру материальных компетенций — то есть того, какими преступлениями занимаются разные органы, — принимается. Но это неполное вмешательство, которое не решает всех существующих проблем в системе», — заявил Обадэ.
Он напомнил, что международные организации неоднократно рекомендовали Молдове укреплять специализированные прокуратуры. По его словам, одного изменения полномочий недостаточно для повышения эффективности борьбы с коррупцией.
«Все европейские экспертные и консультативные организации — GRECO, OECD, Европейская комиссия, МВФ — говорили о необходимости укрепления специализированных прокуратур. Мы передаем НЦБК новую категорию преступлений, из-за чего экспоненциально возрастает нагрузка на офицеров центра, но не думаем о том, что будет делать Антикоррупционная прокуратура, когда у нее появятся сотни или тысячи дел», — отметил Обадэ.
Председатель ВСП подчеркнул, что даже если расследования будут проводить сотрудники НЦБК, антикоррупционные прокуроры останутся ответственными за процессуальное руководство. Это включает координацию следствия, анализ доказательств и принятие процессуальных решений.
«Дела, над которыми поручат работать НЦБК, останутся под руководством антикоррупционных прокуроров. При этом не меняется архитектура Антикоррупционной прокуратуры и не предлагаются механизмы укрепления ее следственных, управленческих, кадровых и бюджетных возможностей», — сказал он.
По мнению Обадэ, один из ключевых рисков заключается в том, что прокуроры не смогут глубоко вникать в каждое дело и эффективно координировать расследования.
«Будет сложно входить в суть каждого дела, держать руку на пульсе, координировать работу офицеров расследования и уголовного преследования, анализировать материалы и давать соответствующие указания», — пояснил глава ВСП.
Нехватка кадров, ресурсов и высокая нагрузка
Он обратил внимание на то, что речь идет о сложных делах, включая экономические преступления, расследование которых требует времени, ресурсов и профессиональной экспертизы.
«Теперь добавляются экономические преступления. Это крайне сложные вопросы. С одной стороны, мы хотим бороться с коррупцией высокого уровня и усиливать НЦБК, потому что он показывает результаты. Но нельзя забывать об Антикоррупционной прокуратуре и других специализированных прокуратурах», — заявил Обадэ.
По его словам, Антикоррупционная прокуратура уже сталкивается с серьезными проблемами: нехваткой кадров, вакантными должностями и высокой нагрузкой на каждого прокурора.
Отвечая на вопрос о риске того, что прокуроры могут превратиться в орган, который лишь формально утверждает дела, поступающие из НЦБК, Обадэ заявил, что именно такого сценария необходимо избежать.
«Наша рекомендация исполнительной и законодательной власти была следующей: если мы говорим А, нужно говорить и Б. Нужно понять, как укрепить специализированные прокуратуры — не только через пересмотр компетенций, но и через кадровые ресурсы, механизмы финансового и следственного анализа, а также институциональные возможности», — подчеркнул председатель ВСП.
Фактор веттинга
Еще одним фактором, влияющим на работу специализированных прокуроров, Обадэ назвал внешнюю оценку, известную как веттинг. По его словам, длительный период неопределенности может отражаться на решениях прокуроров.
«Бремя веттинга давит. Человек не знает, будет ли он работать завтра. При этом ему нужно расследовать дела о крупной коррупции и принимать смелые решения, но сохраняется эта неопределенность», — считает Обадэ.
Он подчеркнул, что государственные учреждения должны найти решения, которые позволят провести реформу без ущерба для способности прокуроров расследовать дела о коррупции высокого уровня.
«Нужно понять, как решить проблему дополнительной нагрузки, которая ложится на плечи специализированных прокуроров, как усилить учреждение и как обеспечить необходимые ресурсы», — заключил Думитру Обадэ.
***
Пересмотр полномочий от Антикоррупционной прокуратуры в пользу НЦБК
11 июня депутаты правящей PAS приняли в окончательном чтении законопроект, который, по словам авторов, уточняет компетенции следственных органов в сложных делах о коррупции, финансовом мошенничестве и организованной преступности.
Центр юридических ресурсов Молдовы (CRJM), однако, предупредил, что реформа расширяет полномочия НЦБК, тогда как компетенции Антикоррупционной прокуратуры ограничиваются. В своей позиции организация отметила, что принятие проекта без детального анализа и конкретных данных может ослабить способность государства расследовать коррупцию высокого уровня и передать больше операционной власти НЦБК— учреждению, которое, по мнению CRJM, более подвержено политическому влиянию.
Авторы законопроекта утверждают, что документ уточняет полномочия НЦБК и Антикоррупционной прокуратуры, позволяет учреждениям лучше специализироваться и способствует более эффективному межведомственному сотрудничеству в соответствии с европейскими стандартами.
Согласно новым положениям, НЦБК будет расследовать серьезные случаи банковского мошенничества с крупным ущербом, включая дела, связанные с внешними фондами или ресурсами Европейского союза. Центр также получит полномочия расследовать отмывание денег как самостоятельное преступление.
В то же время Антикоррупционная прокуратура сохранит полномочия по уголовному преследованию в делах, связанных с высокопоставленными должностными лицами, включая президента страны, спикера парламента, депутатов, премьер-министра, омбудсмена, судей, членов Высшего совета магистратуры и Высшего совета прокуроров, а также руководство НЦБК и Службы информации и безопасности.
CRJM обращает внимание, что эти уточнения фактически могут означать сужение компетенций Антикоррупционной прокуратуры. В сферу ответственности НЦБК перейдут, в частности, дела, касающиеся членов Национальной комиссии по финансовому рынку, директоров НАРЭ, начальника Главного штаба, главы Генерального инспектората полиции, директора Таможенной службы, мэров муниципиев Кишинев, Бельцы, Кагул и Комрат, а также их заместителей.
