Анна Харламенко
Если долго смотреть, как Виталий Манжул размывает водой краску на бумаге, или слушать, с какой скоростью он рифмует на гагаузском, понимаешь: перед тобой творец, который отменил границы между жанрами. В Комрате, да и далеко за его пределами, это имя — пароль.
Музыкальная сцена знает его как основателя гагаузского рэпа, под чьи биты качает современная молодежь. Художники видят в нём акварелиста, способного поймать ускользающий свет. Скульпторы считают новатором, приручающим камень под себя. Виталий Манжул — уникальная фигура в гагаузской культуре.
Стержень и плавильный котел
Его творческая автономия началась задолго до первых выставок и концертов — она была заложена на генетическом уровне. Семья Манжула напоминает сложный этно-котел, где гагаузские корни матери соединились с молдавской, русской и еврейской кровью отца. Вырасти на пересечении стольких культур на юге Молдовы — значит с детства обладать особенным, чутким слухом ко всему миру.
Виталий впитывал разнообразие как естественный порядок вещей. ДНК-микс подарил ему свободу восприятия, а характер ковался мужским воспитанием.
Главной опорой, тем самым внутренним стержнем, который гагаузы называют словом «даяк», стал дедушка Вани, «мировой дяду». От него юноша получил первые и самые важные уроки: ценить честный труд, полагаться только на собственные силы и защищать свою независимость.
Дедовский даяк навсегда определил стиль внука — и в жизни, и в искусстве. Он научился идти своей дорогой, не оглядываясь на моду и не требуя одобрения со стороны.
Открытие у диджейского пульта
Начало девяностых застало Виталия в Кишиневе. Студент престижного художественного училища имени Ильи Репина днем изучал секреты живописи, а по ночам выходил к диджейскому пульту. Через его руки проходили первые кассеты и виниловые пластинки с американским хип-хопом, фанком и карибским регги. Но юный меломан не просто крутил эту музыку для толпы — он препарировал ее, как художник натуру.
Именно там, за этим пультом, среди ломаных импортных битов, его пронзила простая и чистая мысль: уличный речитатив — это идеальная, живая форма для гагаузской речи. Старинный язык его предков, который многим казался консервативным и уходящим в прошлое, мог звучать хлестко, остро и ультрасовременно, став идеальной заменой традиционным гагаузским сказаниям.
На рубеже 1980–1990-х годов, на изломе эпох, когда молодежь жадно ловила новые ритмы, молодой парень из Комрата совершил своё первое творческое открытие. И вернулся домой не только с дипломом художника, но и с твердым знанием того, что он хочет сделать в музыке и в живописи.
Звуковая революция
Музыкальный путь Виталия Манжула — настоящий культурный бунт. Он соединил несоединимое: старинную аутентичную культуру маленького степного народа и жесткий урбанистический уличный бит. И стал первым и главным гагаузским рэпером в мире, превратив хип-хоп в инструмент спасения родного языка.
До него гагаузская музыка ассоциировалась исключительно с народными инструментами — скрипкой, гадулкой, кавалом — и застольными песнями. Виталий перенес родную речь на ломаные биты, доказав, что язык предков может звучать модно, качево и дерзко.
Его музыка — сплав уличного рэпа, карибского регги и балканского этно-фолка. В своих треках он использует звуки живого аккордеона, духовых и этнических инструментов. Выпустил три альбома и десятки синглов.
Самые мощные и любимые народом аудиоработы:
«МИРОВОЙ ДЯДУ» — трек, который вырос напрямую из его личной истории. Дань памяти дедушке Вани за внутренний стержень. Песня звучит как честный, глубокий диалог поколений. Манжул заставил уличную музыку говорить о семье так, как до него не умел никто.
«OGLAN» («Чобан») — качающий, ритмичный этно-хит, в котором современные биты искусно наложены на традиционные балканские мотивы.
«BU BENIM ERIM» («Это моя земля») — один из самых мощных современных хитов, где его рэп-основа встречается с элементами этно-дрилла. Пронзительный, качающий трек, который пересобрал весь гагаузский культурный код для поколения социальных сетей.
«МАРИ МАРИНКЕ» — искусно переосмысленный шедевр гагаузского народного творчества. Автор бережно вытащил старинную фольклорную песню из музейной тишины, вдохнул в нее новую жизнь и заставил звучать на равных с мировыми трендами.
«YUHA, YUHA» («Спи, засыпай») — глубокий, качающий трек с гипнотическим ритмом. Мотивы народной колыбельной переработаны в ней в современную, плотную уличную притчу.
«GÜNEŞ» («Солнце») — мелодичная, светлая композиция, где исполнитель уходит от жесткой читки в сторону мягкого этно-попа. Наполнена теплом, энергией света и любовью к родному краю.
«CICI MICI» — легкий, ироничный трек. Автор умеет быть не только серьезным философом, но и делать стильную, динамичную музыку для отдыха.
«YUKARDAN, ASAADAN» («Сверху вниз») — атмосферная работа с плотным басом и четким речитативом. Хлесткий хит о жизненных дорогах, взлетах, падениях и праве оставаться самим собой.
Вместо стандартных для рэпа тем — денег, пафоса, тачек — Виталий читает о сохранении корней, уважении к предкам и духовности.
Музыка гагаузского феномена быстро переросла границы Гагаузии и Молдовы. Его уникальный стиль вызвал огромный интерес за рубежом.
В 2006 году Виталий берет Гран-при на престижном музыкальном конкурсе «Музеон» в Москве, заставив жюри и публику вслушиваться в незнакомый, но невероятно качающий язык.
В 2012 году представляет свой регион на международном аналоге Евровидения для тюркоязычного мира — фестивале Türkvision в Турции, где его самобытный этно-хип-хоп с восторгом принимает многомиллионная аудитория.
Создает он и клипы. И подходит к экрану как к живописному холсту, превращая каждое музыкальное видео в маленькое авторское кино. Они интересны полным отсутствием искусственного поп-глянца; в них дышит живая фактура улиц и неприукрашенная реальность.
Отмечу три его шедевра.
«ПАЦАНЫ» — совместно с группой «Караван» — честная и немного ностальгическая городская новелла.
Клип снят в строгой, почти документальной эстетике комратских переулков, дворов и подворотен. В нём нет наигранности — это история о настоящей мужской верности, юности и дружбе, которая понятна без перевода.
«VAR» («Есть») — пример глубокого визуального минимализма и созерцания. В этом видео Манжул оставляет своего героя один на один с обнаженной, суровой природой. Камера подолгу задерживается на текстуре старого дерева, огне свечи, каплях воды. Это не просто музыкальный ролик, а настоящая рапсодия человеку в природе.
«GAGAUZ ERI» («Земля гагаузов») — первая масштабная попытка визуализировать национальный дух. Кадр выстроен по законам академической композиции: теплое золотистое солнце, бескрайняя степь и лица простых людей. Манжул умудрился передать на экране ту же атмосферу, которую он годами ловил в своих живописных набросках.
Воздух, свет и триада смыслов
Удивительно, но человек, который на сцене качает тысячные толпы под жесткий рэп-бит, в тишине своей мастерской превращается в чуткого, глубокого и медитативного живописца. Кисть и микрофон для него — две стороны одной медали. Если в музыке он выплескивает энергию улиц, то в изобразительном искусстве он запечатлевает сакральную душу своего народа и красоту родного края.
Живопись — первое и фундаментальное призвание Виталия. Он дипломированный профессионал, прошедший серьезную академическую школу. Это дало ему безупречную технику, знание анатомии, света и композиции.
Художественный стиль художника Манжула — колоритный микс реализма, импрессионизма и символизма. А главным инструментом в его мастерской стала акварель. Капризная, сложная техника, которая не прощает ошибок и повторных мазков: краска ложится один раз и навсегда.
Манжул виртуозно использует текучесть воды и прозрачность пигмента. Не прячет бумагу под слоями краски, позволяет свету быть соавтором. И свет на его картинах будто рождается изнутри самого рисунка, создавая ощущение чистоты и легкого дыхания.
Акварельный Комрат, дышащие пейзажи Гагаузии и покачивающиеся на воде лодки образуют золотую триаду главных мотивов в его живописи. Каждый из них — это отдельный ракурс одной большой человеческой души.
Вселенная Комратского мира
Виталий Манжул не просто пишет свой город, он создает на бумаге целостный, осязаемый Комратский мир, запечатлевая его в любое время года и суток. Этот мир пропитан личным настроением художника и будто вибрирует под разную внутреннюю музыку.
На его листах уживается всё: старые, уходящие в землю саманные дома и новые современные здания; тихие провинциальные улочки и оживленные тротуары; размытые дождем дороги, одинокие вечерние фонари и лица случайных прохожих.
Виталий бережно фиксирует и уходящий старый быт гагаузской столицы, и ее новое, бьющееся в сердце лицо.
Его Комрат — не застывшая декорация, а родной, живой, бесконечно любимый организм, где каждая улица дышит уютом, согрета памятью поколений и превращается в тихую гавань, где хочется остаться.
Символический космос гагаузского пейзажа
Родная природа у живописца выходит далеко за рамки привычных степных горизонтов — это грандиозные, полные внутреннего лиризма панорамы Гагаузии.
Небо на его картинах кажется живым существом: то наливается свинцовой тяжестью перед грозой, то взрывается ослепительным полуденным солнцем, то тает в рассветных туманах, глотающих холмы. Озера и степные реки замирают, как зеркала, отражающие вечность.
Главный нерв его пейзажей — деревья. Манжул пишет их с особой, почти мистической силой, превращая ветви в узловатые, натруженные человеческие руки, простертые к небу. В этих изломанных ветвях-руках зашифровано столько скрытых этносимволов, боли, стойкости и немого разговора с Творцом, что зритель каждый раз находит в них новые смыслы.
Его деревья похожи на древних мудрецов, проросших сквозь века и хранящих тайны земли.
Образы лодок, яхт и кораблей
Это глубокий, интимный метафорический пласт в акварелях Виталия Манжула. Считываются две главные причины, почему степной художник так часто обращается к морским судам.
Первая. Лодка — это внутренний образ самого автора, его альтер эго.
На бортах своих кораблей художник практически всегда «пропечатывает» своё авторское факсимиле.
Он сознательно очеловечивает эти объекты. В его понимании корабли символизируют человеческую душу, которая плывет по океану жизни, преодолевает шторма или мирно отдыхает в тихой гавани после тяжелого трудового дня. Это образ странника, созерцателя и первопроходца — точно такого же, каким сам Манжул является в музыке и культуре своего народа.
Вторая причина — философия покоя и «шепот волны».
Сухая степь требует противовеса. Пейзажи, где у берега покачиваются суда, дают ему возможность работать с совершенно другой стихией — водой. Через эти сюжеты он передает особые эмоциональные состояния: шепот волны, блики воды, магию засыпающего портового города, духовный покой, уединение и гармонию с небом.
Алхимия красок и чувств
Настоящее акварельное чудо Манжула — алхимия красок и чувств — рождается в результате пытливых художественных поисков. Его мастерство — высший пилотаж управления капризной водной стихией акварели.
Он заставляет воду и краску жить на листе собственной, свободной жизнью. Его рисунки кажутся сотканными из самого воздуха, утренней прохлады и солнечных бликов.
Мимолетное мгновение он умудряется поймать и зафиксировать так, что бумага начинает излучать тепло. И зритель начинает физически ощущать дуновение ветра, шероховатость старых комратских стен, величие неба над Гагаузией.
Важное место в творчестве художника занимает и духовная живопись. Он часто пишет храмы. И тогда мягкая техника соединяется со строгим внутренним благоговением.
Вес камня
Виталий Манжул — скульптор монументального направления. Если его акварель — это воздух, текучесть и прозрачность, то скульптура — это тяжелый физический труд, сопротивление материала, копоть и огромный вес.
Переходя от бумажного листа к каменному блоку, Манжул полностью меняет масштаб взаимодействия с миром, доказывая, что его таланту одинаково подвластны и мимолетная тень, и вечная статика монолита.
Музыкант и живописец работает преимущественно с диким камнем на крупных международных площадках. В 2010 году он стал официальным участником знакового Первого симпозиума скульпторов в Комрате. Именно тогда местные и зарубежные мастера, в том числе и скульптор Манжул, создали те самые каменные изваяния, которые сегодня украшают гагаузскую столицу.
Процесс создания монументальной пластики для Виталия — это экстремальный вызов на пределе человеческих возможностей. Вспоминая этот опыт, он рассказывал, как буквально за четыре недели превратил дикую, бесформенную восьмитонную глыбу камня в произведение искусства.
Чтобы освободить скрытую внутри пластическую форму, мастеру пришлось вручную, с помощью резцов и молота, отсечь от монолита более пяти тонн лишнего, мертвого материала.
В этой каменной вселенной у Манжула есть свои духовные ориентиры и наставники. Своим главным учителем в скульптуре он называет известного гагаузского мастера Афанасия Карачобана, который передал ему понимание внутренней тектоники материала и помогал справляться с колоссальными, пугающими объемами камня.
Самая известная монументальная работа Манжула в камне изображает две огромные, бережные ладони, которые укрывают и держат ребенка. Это не просто декоративная пластика, а глубокий визуальный манифест любви, чистой материнской энергии и векового братства.
Скульптура символизирует глубокие, кровные взаимоотношения между гагаузским и болгарским народами, которые веками живут бок о бок, деля общий хлеб, радости и испытания.
Сам Виталий объясняет свое парадоксальное сочетание нежного акварельного воздуха, тяжелого монументального камня и жесткого уличного рэпа одним емким и точным словом — медитация. Для него все эти полярные жанры являются лишь разными способами уйти от суеты социума, полностью сконцентрироваться и выдать чистый, честный творческий продукт.
Наследники стержня
Более двадцати лет Виталий Анатольевич совмещает мастерскую и сцену с преподаванием в Комратской детской художественной школе имени Дмитрия Савастина. Для него это не просто социальная обязанность или рутинная работа ради стажа, а сознательный выбор, продолжение все той же миссии — передавать дедовский «даяк» следующему поколению.
Манжул-педагог категорически не приемлет академическую муштру, которая превращает детей в одинаковых роботов, механически копирующих натуру. На своих уроках он выстраивает совершенно иную, свободную философию: отказ от шаблонов и раскрытие «я».
Учит подростков чувствовать материал — будь то капризная, текучая акварель или податливая глина для лепки. Будит в детях смелость, заставляя их искать собственный почерк и не бояться ошибок.
Ученики прекрасно знают о музыкальной карьере своего преподавателя, и эта грань его личности работает на уроках неожиданным образом. Виталий часто объясняет детям сложнейшие законы художественной композиции через музыкальные метафоры — через ритм пятен, тональность цвета и динамику мазка, доказывая, что хорошая картина строится по тем же законам, что и качающий музыкальный трек.
Успех такой нешаблонной педагогики работает на самом высоком уровне, что доказывают ошеломляющие результаты его воспитанников. Ребята из его классов регулярно отправляют свои работы на международные конкурсы и привозят награды.
Самым громким триумфом стали золотые медали и дипломы, завоеванные учениками на Всемирной выставке детского рисунка в Токио, Япония. Работы простых ребят из Гагаузии обошли тысячи конкурентов со всего мира благодаря своей самобытности, чистоте цвета и той визуальной честности, которой их научил мастер.
Виталий Манжул не просто учит детей рисовать — он воспитывает новое поколение мыслящих, свободных творцов, способных смотреть на мир без страха и рамок.
Пространство «KOLAY»
Создание творческой студии Studia KOLAY стало логичным продолжением всей жизненной миссии Виталия Манжула. Само слово «колай» в переводе с гагаузского языка означает «легко», «просто» или «удобно».
Мастер основал эту платформу ради решения ключевой проблемы — острой нехватки современной, качественной и модной культурной среды для гагаузской молодежи. Четкая и сильная концепция студии направлена, в первую очередь, на спасение и выживание родного языка.
Манжул прекрасно понимает: если заставлять подростков учить гагаузский язык только по старым, скучным учебникам и через академические народные хоры, язык неизбежно умрет. Студия задумывалась как инкубатор нового, актуального гагаузского контента.
Виталий хотел на практике доказать новому поколению, что говорить, петь и записывать треки на родном языке — это престижно, стильно и круто.
Вторая важнейшая задача проекта — стирание барьеров для молодых талантов. В Комрате и окрестных селах всегда было много одаренных ребят, но у них полностью отсутствовала техническая возможность заявить о себе.
Студия открыла для них самый короткий и доступный путь к настоящему творчеству. Здесь развернули полноценную школу вокала, оборудовали профессиональную звукозаписывающую студию, где можно качественно свести трек, и создали базу для съемок видеоклипов высокого полета.
Чтобы продвигать идеи студии на больших площадках, Виталию нужен был живой, гастролирующий локомотив, мощный бренд. Так, внутри проекта родился вокальный ансамбль «Kolay Sesleri» — «Легкие голоса».
Манжул объединил самобытных вокалистов, среди которых ключевой фигурой стала руководитель коллектива Татьяна Митиогло, сплотившая вокруг себя талантливых исполнительниц — Карину Митиогло, Ксению Лозу, Анастасию Левченко и Юлию Арнаут.
Вместе они создают уникальный, прорывной формат: артисты берут старинные гагаузские народные мотивы и смело перерабатывают их в современные жанры, вплоть до жесткого этнического дрилла и хип-хопа. В итоге этот смелый эксперимент вырос до всеевропейского масштаба.
В 2024 году группа «Kolay Sesleri» вместе с Виталием Манжулом официально представляла культуру Молдовы на крупном европейском фестивале Balkan Trafik в Брюсселе, вызвав восторг у искушенной зарубежной публики.
Виталий Манжул создал это пространство не ради коммерции или личной выгоды, а для того, чтобы построить прочный, нерушимый мост между прошлым и будущим своего народа. Он дал молодежи в руки современные инструменты, благодаря которым гагаузская культура навсегда перестала восприниматься как музейный экспонат и превратилась в живой, качающий, ультрасовременный тренд.
Феномен творца
Вне софитов, съемочных площадок и шумных выставочных залов Виталий Манжул остается человеком удивительной внутренней гармонии. Вся его многогранная жизнь лишена позы или попытки казаться кем-то другим.
В ней нет зазора между артистом на сцене и мастером в мастерской: тяжелый физический труд укрощения камня, ювелирная точность акварельных размывов, продюсирование молодых талантов и жесткая уличная рифма исходят из одного и того же источника.
Сам Виталий называет вечный поиск чистой формы емким словом — медитация. Это его способ остановить суету социума, защитить свою внутреннюю свободу и честно делать то, во что веришь.
Становление Виталия Манжула — это не банальная хроника успеха, а история о том, как корни пробивают асфальт, а тишина степи превращается в громкий, качающий манифест.
Внутри этого созерцателя всегда жил пульс времени. Без звездности, без фальши, без томления — только порыв, страсть, энергия и творчество.
С Днём рождения, Маэстро!
