Афанасий Костов
Несколько лет назад Юлия Узун не видела своего будущего в Гагаузии и не понимала, зачем ей нужен гагаузский язык. Сегодня её знают тысячи пользователей соцсетей как автора контента о культуре, традициях и проблемах, о которых в регионе не всегда принято говорить открыто. Через блог, общественные инициативы и творчество она пытается разрушить стереотипы и вдохновлять молодёжь по-новому взглянуть на свои корни.
«Зачем мне тогда нужен гагаузский?»
Сегодня ты активно продвигаешь гагаузскую культуру, однако долгое время сама не владела языком и, насколько я знаю, не проявляла к нему особого интереса. Почему так сложилось?
Всё дело в том, что я родилась и до восьми лет жила в Кишинёве. В Гагаузию приезжала только на каникулы или праздники, чтобы навестить бабушку с дедушкой. Потом мы с семьёй переехали в Воронеж, где я прожила шесть лет, и уже после этого мы вернулись в Гагаузию. Хотя в семье между собой говорили на гагаузском, со мной всегда общались на русском.
Большую часть жизни, до переезда в Гагаузию, и некоторое время проживания в ней, в моей голове укоренилось огромное количество стереотипов о собственном народе. Я почему-то была уверена, что все гагаузы — это «гаджалы», что это деревенские необразованные люди. Соответственно, и поэтому культура и язык мне были просто неинтересны. В то время я была уверена, что закончу школу, уеду отсюда и не вернусь. Планировала выучить румынский, чтобы комфортно чувствовать себя в Кишинёве, или английский. Зачем мне тогда нужен гагаузский?
«Вот с того поста, можно сказать, и начался мой блог»
Что подтолкнуло тебя завести свой блог и начать снимать контент про Гагаузию?
После окончания школы я переехала в Кишинёв и неожиданно для себя поняла, насколько круто на самом деле звучит гагаузский язык. Мне стало так приятно и радостно слышать родную речь в общественном транспорте, на улицах города.
В тот же период мы с Соней, подругой, решили принять участие в проекте, направленном на поддержку этнических меньшинств. В центре Кишинёва мы создали небольшую инсталляцию, чтобы познакомить людей с нашей культурой. Это была небольшая комнатка «Gagauz içeri», в которой мы развесили гагаузские ковры, расставили старинные предметы быта и показали национальные свадебные платья, в которых выходили замуж наши бабушки. Всё это сопровождалось гагаузской музыкой. Там же угощали прохожих традиционными блюдами и танцевали хору.
Нам очень хотелось разрушить те самые стереотипы, которые когда-то были и в моей голове, и поделиться с жителями Кишинёва нашей культурой. Пока я работала над проектом, искала информацию, изучала традиции, слушала гагаузские песни, я сама начала влюбляться в это наследие. Я осознала, насколько богатая у нас культура. В итоге мы очень достойно представили наш проект, и этот успех подарил мне огромное желание рассказывать о гагаузах другим национальностям.
Потом вышло так, что я на несколько месяцев «застряла» в другой стране. Естественно, я начала безумно скучать по дому. Когда ты понимаешь, что где-то на родине намечается большой гагаузский праздник, а ты не можешь на него попасть, становится очень грустно.
Однако финальным толчком стал следующий случай. Я сидела с мамой в торговом центре в той стране, и вдруг мы услышали гагаузскую речь. Это вызвало такой прилив радости и тепла у меня, что я решила поделиться этими чувствами в соцсетях. Вот с того поста, можно сказать, и начался мой блог, который стал для меня способом транслировать любовь к своему народу.
«Yaramazbabu» — «непослушная бабуля»
В соцсетях ты известна под ником «yaramazbabu». Как появилось это название?
Под этим именем я была зарегистрирована в Instagram ещё задолго до того, как начала вести блог. В то время мы с моим другом часто слушали песню Валентина Орманджи «Yaramaz dädu» и решили поставить себе парные ники. Я буду yaramaz babu, он — yaramaz dädu. Позже, когда я начала развивать свой TikTok-аккаунт, я решила оставить этот же ник.
Хочу сказать, что это название идеально мне подходит. В переводе это означает «непослушная бабуля», и такой псевдоним как нельзя лучше отражает мой характер.
«Я совершенно не думала о лайках или просмотрах»
Многие начинающие блогеры бросают своё увлечение на старте, сталкиваясь с необходимостью регулярной работы над ним без существенной отдачи. Что тебе послужило мотивацией не бросить блог через месяц?
Главным было то, что мне искренне нравилось этим заниматься, и я совершенно не думала о лайках или просмотрах. Я даже не ждала, что видео будут как-то популярны и соберут охваты. Если пролистать мой профиль в TikTok до самых первых роликов, можно увидеть, что многие из них почти не набирали просмотров, но я всё равно продолжала снимать.
Не бросила всё через месяц ещё и потому, что видела настоящую отдачу от людей. Мне кажется, что я зашла в TikTok с этой темой очень вовремя. Тогда про гагаузскую культуру почти никто не рассказывал, поэтому людям это было в новинку, и контент им нравился. Я чувствовала эту поддержку от людей, и это давало мне силы продолжать. Признаюсь, если честно, то поначалу я даже сомневалась, достойна ли я такого внимания.
«Спасибо, что ты это сказала»
Помимо продвижения культуры в своих блогах, ты также освещаешь тему феминизма. Учитывая то, что в Гагаузии традиционно сильны патриархальные устои, где роль женщины часто видится через призму семьи и дома, как аудитория реагировала на феминистскую тему в твоём контенте?
В первое время реагировали очень негативно. Было много неприятных комментариев, потому что многие люди у нас недостаточно просвещены в этой теме. У них до сих пор существует очень много стереотипов, и многие просто не хотят признавать те проблемы, которые у нас есть. Меня обвиняли в том, что я позорю Гагаузию. Хотя я показываю не только идеальную картинку, а говорю о том, с чем нужно бороться, чтобы у нас было нормальное цивилизованное общество.
Ещё в начале пути люди хейтили меня не столько за мои идеи и высказывания, сколько за внешность. За то, что я выгляжу не как гагаузка. Практически одни и те же люди писали под каждым моим видео что-то вроде: «Как ты можешь говорить про Гагаузию, если ты так выглядишь? Сними этот пирсинг, что за чёлка». Это было очень обидно и раздражало. Человек делает что-то во благо своей автономии, а его обсуждают только из-за того, что у неё пирсинг.
Однако, с другой стороны, я была даже в шоке от того, как много девочек, которые до этого молчали, начали меня поддерживать. Они писали в комментариях: «Спасибо, что ты это сказала», «Наконец-то кто-то поднял эту тему» и т. п.
«Домашние дела считаются женскими»
Сталкивалась ли ты лично с проявлениями патриархальности в семье?
Это, конечно, очень личный вопрос, и я бы не хотела вдаваться в детали своей семьи. Но могу с уверенностью сказать, что, если посмотреть на моё окружение, там до сих пор сохраняются довольно жёсткие патриархальные устои.
Например, считается, что мужчина в семье главный и от него зависят все решения. Даже если проблема решалась совместно и оба человека участвовали в этом, все заслуги всё равно приписываются мужчине.
Гендерные стереотипы тоже никуда не делись. Домашние дела считаются женскими, а в мужские дела женщина не должна вмешиваться.
Когда женщины получили право работать, появилась другая проблема, особенно заметная в сельской местности. Женщина работает, зарабатывает деньги, а после приходит домой на вторую смену и снова работает, уже по дому. И никто этого не замечает, всё равно считается, что добытчик в семье — мужчина.
Ещё один важный момент, который у нас остался, — это коллективная ответственность. Если девочка захочет сделать что-то, что не вписывается в рамки патриархального общества, её сразу будут считать предательницей.
Журнал «Kîzlar» и реальные истории девочек-подростков
Ты вместе со своей командой создала журнал «Kîzlar». Расскажи, с чего всё началось.
Всё началось с того, что в шестнадцать лет мы с командой решили провести в Гагаузии тренинг по феминизму. Нам хотелось просветить нашу конгазскую молодёжь и, конечно, развеять основные стереотипы и объяснить, что феминизм — это не борьба против мужчин, а борьба за равные права для женщин.
Журнал «Kîzlar» появился как физическое продолжение этой идеи. Нам хотелось, чтобы был какой-то материальный носитель, к которому можно обратиться в любой момент, прочитать, раздать. Чтобы люди взяли в руки, открыли и поняли, что проблема реально существует. Потому что в журнале собраны настоящие истории девочек-подростков, столкнувшихся с насилием. Пусть эти истории анонимны, но все до одной реальные. Мы хотели, чтобы люди это почувствовали и поняли, что это происходит здесь и сейчас.
«Мой голос может влиять на людей»
Как ты считаешь, оказывает ли влияние твой контент на аудиторию?
Сто процентов, да. Мне очень часто пишут комментарии, которые по-настоящему трогают. Люди признаются, что раньше стеснялись слушать гагаузские песни при ком-то, а теперь делают это открыто. Многие говорят, что до моего контента вообще не интересовались традициями и культурой своего народа, а сейчас смотрят на это совершенно другими глазами.
Особенно ценно, когда мне пишут ребята, что после моих видео они начали принципиально просить семью говорить с ними на гагаузском языке, чтобы лучше его выучить. Если честно, я сама не ожидала такого резонанса вокруг своей личности и до конца не осознавала, насколько сильно мой голос может влиять на людей.
«Anmaklar» — песня о доме, взрослении и переменах
В мае этого года ты выпустила свою первую песню «Anmaklar», написанную на двух языках — английском и гагаузском. О чём эта песня и откуда она появилась?
Песня «Anmaklar» появилась из личных переживаний и эмоций. Когда я переехала в Кишинёв, то вдруг осознала, что для меня значит дом. И что в родном месте, в своём доме, я теперь как гость. Что те улицы и те люди, которые там есть, стали для меня какими-то чужими. В песне идёт такая рефлексия. Сначала ты думаешь: может, со мной что-то не так? Почему у меня в голове всё поменялось, почему я на это так смотрю? Почему я теперь смотрю на мир совершенно иначе? В конце же приходит осознание: да, поменялось. Ну и что, это нормально, ведь я расту.
Первый куплет песни звучит от моего лица, а второй — от лица самих стен и улиц моего села. Они спрашивают меня: «Юлька, что с тобой? Почему ты так сильно изменилась? Что произошло?». И в этом диалоге я словно пытаюсь оправдаться перед родными стенами, объясняя им, что именно во мне перевернулось.
«Эти замечания — просто капля в море»
Более 300 человек сняли видео под твой звук в соцсетях, и, судя по комментариям, все оценили твой труд. Был ли кто-то, кто захейтил и посчитал его полным бредом?
Какого-то серьёзного хейта не было. Попадалась буквально пара комментариев в духе того, что текст песни мог бы написать пятилетний ребёнок или что она сама по себе слабенькая. Но если сравнивать это с той огромной поддержкой, которую я получила, то эти замечания — просто капля в море. Меня это совершенно не задело, и я не придала таким словам никакого значения.
Год работы над песней
Сколько времени заняла работа над песней и с какими трудностями пришлось столкнуться?
Песню я начала писать 25 мая 2025 года, а выложила ровно через год — 25 мая 2026-го. Так что можно сказать, что работа заняла целый год. Хотя сам черновой вариант родился за пару вечеров. Весной я осознала, что пора довести дело до конца, не затягивать и поделиться этим с людьми. У меня появилось сильное желание показать её людям, я была готова открыть эту эмоцию. Финальная обработка песни заняла чуть больше месяца.
Если говорить о трудностях, то внешних практически не было. С финансами всё было нормально, в других сферах тоже. Пожалуй, единственные препятствия возникали только у меня в голове, потому что я очень самокритична и мне вечно не нравился итоговый результат. В конечном итоге я выложила ту версию, которую считаю лучшей из всех, что у меня получились.
После такого отклика планируешь ли ты в будущем выпускать новые треки?
Да, конечно, планирую. У меня уже есть пара черновиков, которые я выпущу по мере готовности.
«После всего этого я расплакалась от переизбытка эмоций»
Помнишь ли ты момент, когда тебя впервые узнали на улице благодаря твоему блогу?
Я очень хорошо помню этот момент. Я приехала в Комрат, и ко мне подошли три девочки с просьбой сфотографироваться. Это было очень неожиданно. Они сказали, что смотрят меня и что я им очень нравлюсь. Я даже не сразу поняла, как реагировать.
А уже на следующий день был день города в Комрате, и там ко мне подходило уже очень много людей. И знаешь, это были не просто слова в духе «О, я видел тебя в TikTok». Люди действительно подходили и говорили мне искренние слова благодарности за то, что я делаю. Это было так неожиданно и так приятно, что после всего этого я расплакалась от переизбытка эмоций.
Подарок от подписчицы
Начала ли ты уже получать подарки от своих подписчиков?
Можно сказать, что да. Был один такой момент. Я сидела в кофейне в Комрате, и ко мне подошла девочка и угостила меня десертом. Сказала, что подписывается под каждым словом, которое я говорю в интернете, и пожелала мне только идти вперёд. Это было опять же очень трогательно и по-настоящему приятно.
«Для меня блог — это начало чего-то большого»
Воспринимаешь ли ты свой блог как хобби или как долгосрочный проект?
Для меня блог — это начало чего-то большого. Какого-то масштабного проекта, который только разворачивается. Я точно не собираюсь его бросать. Я хочу связать свою жизнь с продвижением Гагаузии, её культуры и языка, и останавливаться только на блоге не планирую. Хочется двигаться дальше, открывать для себя новые форматы и проекты. Хотя блог, я думаю и надеюсь, всегда будет со мной. Можно сказать, это хобби, которое переросло во что-то большее.
Творческие планы
Есть ли у тебя какие-то творческие планы или идеи, которые ты хочешь воплотить в ближайшее время?
Честно говоря, каких-то чётких планов у меня нет. Даже видео, которые я выпускаю, я не сижу и не расписываю заранее. Никакого сценария, никаких дедлайнов, никакого графика, сколько роликов в неделю нужно выпустить. Идея может прийти прямо во время работы, и я либо сниму сразу, либо после. Всё происходит от эмоций и настроения.
Из того, что точно планирую, — это продолжать снимать полезные и интересные видео для своей аудитории. Ну и новые песни тоже будут.
«Очень хочу, чтобы молодёжь в Гагаузии перестала молчать»
Какие изменения ты хотела бы увидеть в своей стране через 5 лет?
Я бы хотела, чтобы люди перестали осуждать друг друга за внешний вид. Чтобы исчезли стереотипы вокруг феминизма. И очень хочу, чтобы молодёжь в Гагаузии перестала молчать.
За время ведения блога я поняла, что очень много людей думают так же, как и я, но просто боятся об этом говорить вслух. И я надеюсь, что моё присутствие в интернете даёт им тот самый толчок, чтобы тоже начать высказываться и показывать себя.
«Гагаузия — это не застывший музейный экспонат»
Юлия, что тебе больше всего нравится в Гагаузии?
Для меня Гагаузия — это не застывший музейный экспонат, а вдохновляющий источник для творчества и диалога. Я люблю Гагаузию за её музыкальное и языковое наследие. Мне очень нравится совмещать корни и современность. Также мне нравится фольклор и устные традиции.
Несмотря на то, что я гагаузка, для меня наш народ до сих пор остаётся во многом загадочным, и мне нравится постоянно открывать в нём новые смыслы.
Не могу не сказать и о наших людях. Поговорка «гагауз гагаузу брат» всегда актуальна. Где бы ты ни был и как бы себя ни чувствовал, ты всегда получишь помощь от своего народа.
