Анна Харламенко
Степан Степанович Курогло (9 января 1940 — 23 июня 2011) — не просто имя в истории. Родившись в селе Димитровка (Одесская область), он посвятил жизнь исследованию своих корней и стал знаковой фигурой для гагаузского народа. Его вклад в развитие гагаузоведения фундаментален.
РЕВОЛЮЦИЯ СОЗНАНИЯ
1973 год. Идёт урок в селе Гайдары. Входит статный мужчина в безукоризненном светло-сером костюме. Все подумали — очередной инспектор. А он вдруг заговорил на гагаузском языке. Прямо в классе. Это шокировало. Ранее эта речь звучала только дома и на улице. Этим новатором был Степан Курогло. Он сломал стереотипы, вернул к активной жизни язык своего народа и взрастил последователей.
«Целый урок гость читал нам свои стихи, рассказывал интересные истории, расспрашивал о разных житейских вещах. И всё — на нашем родном языке. Мы были потрясены», — вспоминает один из тех учеников, писатель Пётр Чеботарь.
В соавторстве с этнографом Виталием Сырф он впоследствии издал книгу, посвящённую жизни и трудам Степана Курогло.
Так начиналась революция сознания, которую совершил многогранный человек — учёный, поэт, политик, педагог. Он не просто изучал прошлое. Он откапывал будущее, спрятанное под пластами забвения. И нёс его в народ.
УЧЁНЫЙ. СОБИРАТЕЛЬ РАССЫПАННОГО МИРА
Его наука — не кабинетная, она живое отображение рассыпанного гагаузского мира, который Степан Степанович откопал и систематизировал. Как детектив и архивариус.
В 70-е и 80-е годы, когда многие традиции считали «пережитками прошлого», энтузиаст Курогло отправлялся в экспедиции по пыльным дорогам Буджака. Заходил в крестьянские дома, пил с хозяевами стакан холодного вина и слушал, о чём они говорят. Он умел завоевать доверие. Старики охотно делились с ним сокровищами памяти: песнями, байками, фразами, колыбельными, рецептами обрядовых хлебов, деталями свадебных ритуалов, укладом быта — ему всё было интересно. Всё скрупулёзно фиксировал в своей записной книжке.
Но это был не просто сбор информации — это была археология души народа.
Штрих к портрету.
У него всегда с собой был блокнот или карточки из перфорированной бумаги. Он не стеснялся остановить собеседника и попросить повторить сказанное, чтобы точнее всё запечатлеть.
В 1987 году эта кропотливая работа привела к историческому результату: Степан Курогло возглавил Отдел гагаузоведения Академии наук МССР, созданный благодаря совместным усилиям молодых гагаузских этнографов.
Появление первого в истории научного центра стало актом признания: у гагаузов есть не только фольклор, но и история, достойная фундаментального изучения.
Степан Степанович — автор более 100 научных работ, написанных как самостоятельно, так и в соавторстве с известными тюркологами.
Его главный труд — монография «Семейная обрядность гагаузов» — не сухой трактат, а ожившая вселенная. Подробная карта того, как народ выживал, что любил и ради чего сохранял своё «Я».
Он доказал миру и самим гагаузам, что их культура — не случайный набор обычаев, а глубокая, стройная система, достойная изучения и сохранения. И заложил незыблемый фундамент целой академической дисциплины.
В 2002 году С. С. Курогло создал историко-культурное научное общество «Наследие гагаузов».
ПОЭТ СТЕПНЫХ ТЮЛЬПАНОВ
Поэзия была второй ипостасью научного подвига Степана Курогло. Член Союза писателей СССР и МССР, он мастерски соединял академическую точность учёного с живой душой поэта.
Если учёный Курогло строго фиксировал обряд, то поэт Курогло слышал в нём биение сердца.
Если в науке он был педантом, то в поэзии позволял себе быть нежным и уязвимым.
Литературный путь начался со сборника «Бир кужак гюнеш» («Охапка солнца», 1969). Поэзия в нём — плоть от плоти народа. Он использовал древний жанр народных миниатюр — маани и такие редкие формы, как надписи на свадебных полотенцах — тайные послания, вышитые невестами:
«И невесту, и цветок береги — не то завянут».
«Невесту привезли в село — и в доме солнышко взошло».
В сборниках «Илкйаз тӱркӱсӱ» и «Лаалелäр» его стихи пахнут полынью и горячим ветром степи.
Трагедия войны нашла отражение в сборнике рассказов «Йоллар» («Дороги») и в пронзительных стихах «Спит солдат», «Над могилой», «Девять безымянных».
Главные темы его лирики — любовь к родному краю, природе, языку, философские размышления о судьбе народа. Литература была для него способом говорить о вечном.
Он создавал современный литературный гагаузский язык буквально на ходу, очищая его и придавая благородное звучание. Его поэзия стала мостом, по которому гагаузская душа шагнула из фольклора в большую литературу.
Произведения, переведённые на русский, молдавский и родственные тюркские языки, стали голосом народа далеко за пределами родной земли. За них автор получил престижную премию имени Михая Эминеску.
Штрих к портрету.
Идеальная метафора Курогло — степной тюльпан лаале: хрупкий, но упрямый цветок, пробивающийся сквозь каменистую почву. В нём легко угадывается гагаузский народ.
ПЕДАГОГ. СЕЯТЕЛЬ РАЗУМНОГО, ДОБРОГО, ВЕЧНОГО
Окончив Кишинёвский государственный университет, Степан Степанович работал учителем, затем директором в родной сельской школе. Ученики вспоминают наставника с теплом и благодарностью. Его супруга Надежда Павловна всегда гостеприимно принимала молодёжь, угощала чаем и пирогами.
В записной книжке 1979 года он написал:
«Если семя посеять, то оно взрастёт и даст богатый урожай».
Это была его педагогическая формула.
Понимая, что культуре нужны институты, Степан Курогло участвовал в открытии Комратского университета и два десятилетия преподавал в нём, воспитывая поколения интеллигенции.
Для талантливой молодёжи он стал духовным наставником. В его квартире кипели дискуссии, а новое слово он тут же записывал — на перфокарте. Семья Курогло была настоящей школой человечности.
«Он делал так, чтобы нам всё было понятно», — вспоминает его ученик, доктор филологии Виталий Сырф.
Штрих к портрету.
Живя в Кишинёве, он 20 лет преодолевал сотни километров ради студентов. Настоящий пилигрим, говорящий с землёй на её языке.
ПАТРИОТ. ГЕНЕРАТОР ИДЕЙ
В конце 80-х Степан Курогло вышел из кабинета учёного и стал активным участником национального возрождения гагаузского народа. Он был депутатом Парламента Республики Молдова (1990–1994).
Как политик и общественный деятель он вёл диалог не с позиции силы, а культуры, уважения и пользы для народа. Его идеи легли в основу Закона «Об особом правовом статусе Гагаузии (Гагауз Ери)».
Штрих к портрету.
Именно он стал инициатором конных скачек в Чадыр-Лунге. В топоте копыт он слышал эхо предков-кочевников.
НАСЛЕДИЕ
Сегодня масштаб его личности виден особенно ясно. Он не просто изучал историю — он её создавал.
Гимназия № 2 в Комрате, носящая его имя, — символ продолжения дела.
Личный архив, переданный семьёй в Научный центр им. М. Маруневич, стал основой новых изданий, включая «Народные жемчужины».
Каждую весну в степи зацветают лаале. Звенят копыта «Алтын Ат». Зерно, посеянное сеятелем, дало урожай.
Степан Курогло, откапывая древние пласты, обнаружил под ними фундамент гагаузского дома, в котором его народ живёт сегодня.
