История Гагаузии знает немало трагических страниц, одной из которых стал голод 1946–47 годов. Воспоминания жителей того времени живо рисуют картину безысходности и отчаяния. Одной из свидетельниц тех страшных лет стала Прасковья Орманжи, жительница села Баурчи.
Прасковья Орманжи вспоминает: «До голодовки нельзя сказать, что был кризис в продовольствии. Если бы не собрали у людей всё зерно, голода бы не было. А так, были уполномоченные, которые ходили по домам и собирали до последнего, что было у людей, оставив все семьи умирать от голода».
Действия властей того времени, которые изымали у крестьян все запасы зерна, привели к катастрофическим последствиям. Жители села оказались перед лицом голода, не имея возможности добыть еду.
Прасковья рассказывает, как их семья оказалась в отчаянном положении: «Чтобы спастись, нам пришлось съесть мясо мёртвой лошади. Кто-то дал деду часть лошадиной туши. Когда он привёз её домой, бабушка наказала всем не есть это мясо, так как у нас есть конину было ненормальным явлением. Дед, несмотря на это, приготовил из мяса конины еду и с жадностью начал есть возле нас. Тогда и мы решили попробовать. Это было так вкусно, что мы уже не смогли остановиться».
Жажда жизни и голод заставили людей идти на крайние меры. Традиции и обычаи отступали перед лицом выживания. Семья Прасковьи была вынуждена нарушить свои устои, чтобы не умереть от голода.
Прасковья также вспоминает о том, как ходила в школу в эти тяжёлые времена: «Я ходила в школу. Давали по 300 грамм хлеба, который я несла домой. Придя домой, мы все делили этот хлеб поровну, чтобы хватило всем». Даже маленькая порция хлеба, которую удавалось получить в школе, становилась спасением для всей семьи.
Истории, подобные рассказу Прасковьи Орманжи, напоминают нам о тех страшных временах, когда люди боролись за выживание, несмотря на отчаяние и ужас. Память о тех годах должна быть сохранена, чтобы будущие поколения знали о трагедии, которая постигла их предков, и ценили мир и благополучие, которые у них есть сегодня.
