Политическая осень в Гагаузии началась не с традиционного обсуждения урожая или подготовки к зиме, а с куда более суровой материи — с попытки окончательно привести электоральный процесс автономии в соответствие с общим правовым полем Республики Молдова. То, что еще вчера воспринималось местными элитами как временная турбулентность или очередной повод для политического торга, сегодня оформилось в жесткие рамки обновленного Избирательного кодекса. Программа LAF o главном решила пропустить эти изменения через рентген здравого смысла, сосредоточившись на том, что действительно ждет регион.
Электоральный туризм под запретом: почему больше не удастся ссылаться на фазу луны
Главный лейтмотив прошедших реформ — прекращение бесконечного переноса дат голосования. Раньше состав Народного собрания мог годами упражняться в искусстве оттягивания неизбежного. В ход шли любые аргументы: от необходимости завершить сезонную обрезку виноградников до ожидания православной Пасхи и дорожной грязи, мешающей избирателям дойти до участков.
Теперь этот праздный туризм во времени прикрыли раз и навсегда. Как отмечается в материалах программы, дата выборов депутатов Народного собрания теперь жестко привязана к закону — второе или третье воскресенье ноября, по аналогии с выборами примаров и советников. Как пояснил в эфире доктор административных наук Николай Готишан, комментируя эти нововведения:
«Не секрет, что народное собрание больше года пытается то назначать выборы, то соглашается нацист, то не соглашался нацистз. То есть различные моменты были. Ну, по мнению, ещё раз говорю, многих политологов, изменения в законодательную процесс администрирующие выборы направлено на лучшее. Очень хорошо, что в нормативной базе в новой чётко указан период работы будущего народного собрания, второе и третье воскресенье ноября. Всё. выборы депутатов народного собрания привязали к тому механизму, по которомы выбирались депутаты примары и советники. Больше нет у народного собрания полномочий менять дату выборов народного собрания и искать аргументы. Помните год назад настойнии народного собрания какие аргументы ставили? Пока грязно должно быть высушено. Там обрезка винограда должна закончить. Там Паска, приедут люди по то есть ставились такие аргументы, которые ну никак не вписываются в норму. Сейчас есть норма 4 года избираем депутата, 4 года прошло, будьте добры, пожалуйста, второе или третье выбор. Не будет возможности оттягивать».
Потерянные рычаги: кто виноват в сужении автономии?
Реакция Комрата на новшества оказалась предсказуемой. В соцсетях и из уст местных политиков тут же зазвучали привычные сирены о «насильственном захвате» Центральной избирательной комиссии и ущемлении прав автономии. Официальный Кишинев настаивает на унификации стандартов и паритетной основе нового ЦИС. Как пояснила председатель ЦИК Молдовы Анжелика Караман:
«Народное собрание — два человека, судебная инстанция — два человека, политические партии — девять. Председатель назначается Центральной избирательной комиссией по итогам конкурса. Таким образом, если не ошибаюсь, уже получается 14 человек. И мы сказали, что примем всех, только сделаем так, чтобы избирательный орган состоял из нечетного числа членов».
Но если снять розовые очки, картина открывается куда более отрезвляющая. Депутат Народного собрания Гагаузии Владимир Кысса смотрит на этот политический театр без розовых очков и прямо признает, что главные архитекторы потери региональных позиций сидят вовсе не в столице:
«…сегодня произошло, что Центральный избирательный совет и выборы подконтрольны Центральной избирательной комиссии Республики Молдова. Вот что произошло, которая могла быть Центральным избирательным советом Гагаузии… И получается, что сегодня в Совете могут быть и люди не обязательно отсюда, с Гагаузии, партия может кого хочешь предложить. И тогда вот получается, что мы потихонечку, потихонечку отдаём сами то, что могло быть у нас».
Статистическая алхимическая пропасть: 130 тысяч против 103 тысяч
Состоятся ли вообще эти выборы при нынешнем градусе всенародного скепсиса? Правила игры очерчены предельно жестко: выборы в Народное собрание и на пост Башкана признают состоявшимися, если в первом туре проголосуют 25% избирателей, а во втором — скромные 20%. Если явка окажется ниже этого плинтуса, назначат повторные выборы, Голосуй — или проиграешь молча. Зачем вообще нужны эти разговоры про высокую легитимность? Депутат Парламента Республики Молдова Игорь Кирьяк объясняет эту геополитическую прозу жизни без лишних сантиментов:
«Жители Гагаузии должны понимать, что им нужен законодательный орган, легитимное Народное собрание, которое будет иметь поддержку большого числа граждан… Эта массивная поддержка придаст больший вес органу… в том числе перед лицом партнеров по развитию и перед дипломатическими миссиями».
Центризбирком благосклонно утвердил привычную конфигурацию: в Народном собрании остаются заветные 35 мандатов, гарантирующих каждому селу своего представителя — даже если в том селе осталось 150 избирателей. Но с другой стороны, перед нами зияет умопомрачительная пропасть в официальной отчетности. По данным ЦИК, в реестр избирателей Гагаузии бодро вписано порядка 130 тысяч душ (а общая цифра в реестрах жителей вообще долетает до 160 тысяч). При этом свежая перепись населения показывает совсем другую, куда более скромную реальность: в автономии физически проживает всего 103,5 тысяч человек. Разница в десятки тысяч граждан! Вопрос на засыпку: зачем мы вообще с помпой тратим государственные деньги на переписи, если для судьбоносных выборов продолжаем использовать старые, раздутые списки, где преспокойно числятся и те, кто уехал за границу искать счастье, и те, кто уже давно наблюдает за нашими электоральными баталиями из лучших миров? Эта арифметическая погрешность самым изящным образом бьет по всем прогнозам: И вот как эту статистическую алхимию в нашей студии комментирует доктор права Игорь Янак:
«Да, как говорится, есть правда, есть ложь, а есть ещё и молдавская статистика. На самом деле, когда мы говорим о разнице, скорее всего, по переписи мы имеем в виду фактическое проживание жителей, да? А вот что касается реестра, там, возможно, есть и умершие в реестре. Там, скорее всего, есть жители, которые уже давно проживают за пределами Республики Молдова… Конечно же, это будет влиять на ту же самую явку, будет влиять на ту же самую легитимность».
Последний звонок для демократии
Что будет, если региональные элиты решат сыграть в привычную игру политического саботажа и бойкота? Игорь Янак обрисовывает эту перспективу без дипломатических уверток:
«Мы сейчас должны провести выборы в соответствии с законом, чтобы не было дальнейших судебных разбирательств. Так как если будут судебные разбирательства, если не дай бог, будут отменены выборы, то вот этот институциональный кризис в АТО Гагаузии будет продолжаться и будет иметь более серьёзные негативные последствия. И не исключено, что вот эти все вопросы опять будут предметом парламентского, так скажем, способа разрешения. И если парламент вновь внесёт определённые корректировки в части регулирования вот этого институционального кризиса, не исключено, что будет введён особый режим управления, не исключено, что вот эти выборы на территории АТО Гагаузии будут последними в контексте демократических принципов и норм».
Эпилог
Автономия — это не красивый политический сувенир, который удобно доставать из шкафа исключительно ради громких лозунгов. Если регион выберет путь демарша вместо цивилизованного диалога, решения за него примут в других кабинетах. И билета назад в кассе уже может не оказаться.
