МОЛДОВА 35 ЛЕТ • ПУБЛИКАЦИЯ 11
К началу 2000-х отъезд на заработки стал для сотен тысяч граждан не исключением, а экономической стратегией. Деньги диаспоры помогли семьям выбраться из бедности и поддержали потребление — но одновременно страна начала терять людей, рабочую силу и демографическое будущее.
После социального дна 1999 года у многих семей появился свой способ выхода из кризиса: уехать. Россия, Италия, Испания, Португалия, Израиль, а позднее и другие страны Европы стали частью новой экономической географии Молдовы. Авторы «Социально-экономической энциклопедии Молдовы» называют массовую трудовую миграцию одним из определяющих явлений экономики начала XXI века.
| −1 оценка воздействия | 34,5% ВВП пик ремиттенсов, 2006 | ≈37 тыс./год оценка чистой миграционной убыли, 1989–2014 |
Почему люди уезжали
Внутри страны не хватало достойно оплачиваемых рабочих мест. После деиндустриализации, российского кризиса и обвала уровня жизни миграция стала одновременно «предохранительным клапаном» для рынка труда и способом повысить доход семьи. В энциклопедии подчеркивается: это была рациональная стратегия для отдельного человека, но со временем она превратилась в уязвимость для страны.
Масштаб, который трудно посчитать одним числом
Авторы осторожно относятся к точным оценкам числа уехавших: переписи использовали разные подходы к учету населения. Поэтому они предлагают смотреть на демографический баланс. По их расчетам, чистая миграционная убыль составляла около 373 тысяч человек в 1989–2004 годах, около 570 тысяч в 2004–2014-м и около 320 тысяч в 2014–2024-м. При этом особенно крупная цифра за 2004–2014 годы частично отражает изменение методологии и «догоняющий» учет более ранней эмиграции.
Деньги тех, кто уехал
Лучше всего масштаб перемен виден по денежным переводам. В 1995 году личные ремиттенсы составляли, по данным, приведенным в энциклопедии, лишь 0,06% ВВП. В 2006-м их доля достигла примерно 34,5% ВВП — одного из самых высоких уровней в мире. После мирового финансового кризиса показатель снизился примерно до 24,9% в 2009 году и затем держался около 22–25% в 2010–2014 годах.
Источник данных для графика: «Социально-экономическая энциклопедия Молдовы», раздел 11. Значения 2010 и 2014 показаны как ориентиры внутри указанного авторами диапазона 22–25%.
Россия и Италия: две миграции
Потоки разделились и по направлениям. В Россию чаще ехали мужчины — прежде всего в строительство и услуги; этому помогали язык и отсутствие виз. В Италию, Испанию и Португалию чаще уезжали женщины, многие — работать в сфере ухода за пожилыми. Позднее эта география приобрела и политическое значение: западная диаспора становилась все более заметным сторонником европейского курса.
Цена, которой нет в ВВП
Ремиттенсы поддержали потребление, сократили давление безработицы и помогли снизить бедность. Но у модели была обратная сторона: семьи жили раздельно, детей растили бабушки и дедушки, села старели и пустели. Авторы исследования связывают отъезд людей трудоспособного возраста с эрозией производственной и налоговой базы, а также с растущим давлением на пенсионную систему и здравоохранение.
| ДОХОДЫ семьи получили деньги | ПОТРЕБЛЕНИЕ экономика получила спрос | ОТЪЕЗД страна потеряла работников | ДЕМОГРАФИЯ долгосрочная цена |
Экономика, которая экспортировала людей
Парадокс начала 2000-х состоял в том, что миграция одновременно лечила последствия кризиса и создавала новый структурный риск. Приток валюты поддерживал лей и внутренний спрос, но значительная часть спроса уходила на импорт. Это усиливало торговый дефицит и не заставляло внутреннее производство расти теми же темпами.
Что из этого следует
В оценке авторов массовая миграция получает −1: эффект умеренно негативный. Она дала сотням тысяч семей доход и возможность выбраться из бедности, но благосостояние настоящего было частично оплачено снижением способности страны развиваться в будущем. Главный вывод раздела сформулирован жестко: государство не может устойчиво развиваться, если его главным экспортным ресурсом становятся собственные люди.
